|
|
Роджер ПенроузЖизнь и творчество |
Роджер Пенроуз » Тени разума » Заключение |
 |
| Заключение |
Представленные в данной главе аргументы дают, по всей видимости, недвусмысленное доказательство того, что человеческое математическое понимание несводимо к вычислительным механизмам (по крайней мере, тем из них, что мы способны познать), каковые механизмы могут представлять собой какие угодно сочетания нисходящих, восходящих либо случайных процедур. Похоже, у нас нет иного выхода, кроме как однозначно заключить, что некую существенную составляющую человеческого понимания невозможно смоделировать никакими вычислительными средствами. Хотя в строгом доказательстве, возможно, еще и остались какие то крошечные "лазейки", вряд ли сквозь них можно протащить что нибудь существенное. Кто то очень рассчитывает на лазейку под названием "божественное вмешательство" (посредством которого в наши мозги компьютеры был просто напросто установлен некий чудесный алгоритм, для нас принципиально непознаваемый) или на аналогичную ей лазейку, согласно которой сами по себе механизмы, управляющие совершенствованием мыслительных процессов, представляют собой нечто в высшей степени таинственное и принципиально для нас непознаваемое. Вряд ли какая либо из этих лазеек (хотя обе они, безусловно, имеют некоторое право на существование) покажется хоть сколько нибудь приемлемой тем, кто стремится создать искусственное устройство, наделенное подлинным интеллектом. Равно неприемлемы они и для меня я просто не могу в них всерьез поверить. Суть еще одной возможной лазейки заключается в том, что может просто не найтись такого набора мер предосторожности (вроде тех, что в общем виде задаются пределами подробно описанными выше в этой главе), которого было бы достаточно для устранения абсолютно всех ошибок в конечном множестве утверждаемых высказываний, сложность которых не превышает с. Мне трудно поверить в возможность существования столь совершенного "заговора", способного помешать устранению всех ошибок, тем более, что деятельность нашего элитного сообщества роботов изначально должна быть направлена как раз на максимально тщательное исключение ошибок. Более того, освободить от ошибок нам необходимо всего лишь конечное множество высказываний. Применив идею ансамблей, мы, несомненно, справимся и со всеми случайными ошибками, какие может допустить само сообщество, так как маловероятно, что одну и ту же ошибку допустит кто то еще, кроме незначительного меньшинства различных экземпляров моделируемого сообщества роботов при условии, что это действительно просто ошибка, а не какое то изначально заложенное в систему заблуждение, обнаружить которое роботам помешает та или иная фундаментальная блокировка. Встроенные блокировки такого рода не относятся к "исправимым" ошибкам, нашей же целью в данном случае является устранение ошибок, в известном смысле "исправимых". Последняя лазейка (едва правдоподобная) связана с ролью хаоса. Возможно ли, что при тщательном анализе поведения некоторых хаотических систем обнаружатся структуры существенно неслучайного характера и именно в области этой "границы хаоса" мы отыщем ключ к пониманию эффективно невычислимого поведения разума? Такой вариант подразумевает необходимость того, чтобы эти хаотические системы были способны приближенно моделировать невычислимое поведение (весьма интересная возможность сама по себе), однако даже если так оно и есть, подобная неслучайность в рамках предшествующего обсуждения может пригодиться лишь для некоторого уменьшения размеров ансамбля моделируемых сообществ роботов (см. §3.22). Не совсем ясно, каким образом это уменьшение может нам сколько нибудь существенно помочь. Тем, кто всерьез верит в то, что ключи к пониманию человеческой ментальное™ таит в себе хаос, следует озаботиться поисками разумного способа обойти упомянутые фундаментальные проблемы. Приведенные выше аргументы, по всей видимости, представляют собой убедительное доказательство невозможности создания вычислительной модели разума (точка зрения), равно как и невозможности эффективного (но бездумного) вычислительного моделирования всех внешних проявлений деятельности разума (точка зрения). И все же, несмотря на убедительность этих аргументов, я подозреваю, что очень многим из нас будет чрезвычайно трудно с ними согласиться. Вместо того, чтобы изучить возможность того, что для понимания феномена интеллекта (что бы за этим словом ни стояло) более подходящей окажется точка зрения(или даже), многие приверженцы научного подхода ограничились одними лишь попытками отыскать слабые места в вышеприведенной аргументации, и все это исключительно ради поддержания упрямой убежденности в том, что точка зрения(в крайнем случае,) непременно должна в конце концов оказаться истинной. Я не считаю такую реакцию неразумной. Точки зрения тоже не свободны от фундаментальных противоречий. Если мы верим, в соответствии с, в то, что человеческий разум содержит в себе нечто, с научной позиции не объяснимое а интеллект есть свойство, совершенно отдельное от всего того, что можно обнаружить внутри математически определенных физических сущностей, населяющих нашу материальную вселенную, то нам следует спросить себя, почему же разум человека оказывается столь, по всей видимости, тесно связан с тем сложноорганизо ванным физическим объектом, каковым является его мозг. Если интеллект действительно представляет собой нечто отдельное от физического тела, то почему нашим ментальным сущностям все же необходимы наши физические мозги? Совершенно очевидно, что изменение физического состояния мозга может повлечь за собой изменение ментального состояния сопутствующего ему разума. Воздействие на мозг некоторых наркотиков, например, весьма определенно связывается с существенными изменениями в психике и восприятии. Равным образом, повреждение, заболевание или хирургическое удаление определенных участков мозга, как правило, оказывает четко выраженное и предсказуемое воздействие на умственное состояние данного конкретного индивидуума. (Особенно драматическими в этом контексте представляются поразительные отчеты, опубликованные Оливером Саксом в его книгах "Пробуждения" (1973) и "Человек, который принял свою жену за шляпу"(1985).) Итак, получается, что совершенно разделять интеллект и соответствующий физический объект нельзя. А если интеллект связан таки с определенными физическими объектами и, похоже, связан весьма тесно, то научные законы, столь точно описывающие поведение физических объектов, не должны сплоховать и при описании свойств интеллекта. Страницы: 1 2 3 4 5 6 # |
|
Текущий рейтинг темы: Нет |
| 1 посетитель просмотрел эту тему за последние 15 минут |
| В том числе: 1 гость, 0 скрытых пользователей |
| Последние |
|
| Реферат книги: Р.Пенроуз. Тени ума: Комментарии Ю.П.Карпенко к книге Р.Пенроуза: Тени ума: В пои Заключение Вычислительная математика: процедуры нисходящие Разрыв вычислительных петель | |
| Самые активные 5 тем |
|
| От мозаик Пенроуза к надежным шифрам | |